Попаданка и король - Страница 40

Она взглянула в зеркало: действительно, горничная права. Худоба в этом мире ценится куда меньше, чем в нашем. Можно сказать, совсем не ценится. Но за эти дни Анжелика изрядно похудела. Черты лица обострились, а талия, и до того стройная, стала совсем тоненькой. Будь она дома, уже могла бы идти на кастинг в какое-нибудь модельное агентство. Но она не дома. Боже, о чем она только думает!

В дверь настойчиво постучали.

и на пороге появилась графиня, которую за дни пребывания в родовом имении Анжелика успела крепко невзлюбить. От кого, от кого, но от этой женщины хороших новостей точно ждать не приходилось.

— Ваша светлость, — строго сказала графиня, — король Артиус явился, чтобы просить вашей руки, и я не вижу ни одной причины, чтобы ему отказывать.

Анжелика вздохнула, выдохнула, сделала над собой усилие, чтобы заговорить:

— Боюсь, я вынуждена отказать. Ничто не заставит меня сочетаться браком с убийцей моих родителей!

Ну вот. Она исполнила то, в чем поклялась. Чем это будет ей грозить? Чем это будет грозить королевству?

Графиня вскинула брови:

— Такие страшные обвинения нельзя бросать на пустом месте, особенно когда они затрагивают таких людей.

Анжелика вздохнула: могла ли она когда-нибудь подумать, что будет на все сто процентов согласна со своей отвратительной теткой? Конечно, не своей и не теткой… Да ладно. Сейчас не об этом. Такой момент настал. Она бы и сама с удовольствием не несла бы всю эту чушь, если бы могла.

Но она не может.

— Король Артиус — негодяй, их семейство погубило нашу семью, а теперь хочет погубить и меня, — твердо глядя в глаза графине и стараясь, чтобы голос не дрогнул, проговорила она.

Графиня удовлетворенно кивнула:

— Да-да, его величество был прав, вы все еще не оправились от горя.

Она махнула рукой, и в комнату один за другим вошли трое пожилых мужчин. Судя по белым одеждам, это были Милиндины коллеги — местные эскулапы.

— Вы сами все слышали, — развела руками графиня, скорчив скорбную мину.

— Вот теперь скажите, считаете ли вы. что юная маркиза может принимать здравые решения?

Те дружно замотали головами, а Анжелика побледнела и изо всех сил вцепилась руками в спинку кресла.

Эта гадина решила признать ее недееспособной и заграбастать все ее имущество в свои руки! Черт, да о чем она думает. Какое имущество? Ей это имущество глубоко по барабану. Как-то обходилась она раньше без лесов, озер, имений, жила в «однушке» и горя не знала. Проблема не в имуществе, а в том, что после решения врачей ее могут запереть в каком- то аналоге сумасшедшего дома — вот это страшно, оттуда точно не сбежишь.

— Таким образом, — объявила графиня, — высокая профессиональная коллегия объявляет, что ее светлость маркиза Ронари на время своей болезни не может принимать решений и передается под опеку своего жениха — короля Артиуса!

Эскулапы закивали.

Анжелика выдохнула и почти упала на кресло. Вот оно что! Это не тетка решила от нее избавиться, а король нашел способ пренебречь ее «свободным решением».

— Вы все поняли, дитя мое?

Тетка смотрела на нее почти с ненавистью, не догадываясь, что в душе у Анжелики все ликует.

— Вы делаете ошибку, — патетически вскинув руки, простонала Анжелика и бросила косой взгляд на врачей.

Главное, чтобы они оценили масштаб приключившегося с ней помешательства. Те закачали головами, загомонили на своем, на врачебном. Кажется, поверили.

— И когда же… — стараясь придать голосу как можно больше трагичности обратилась Анжелика к графине, — и когда же вы отдадите меня этому тирану, негодяю и убийце?!

— Завтра на рассвете вы отправитесь в путь. Я не позволю себе задерживать молодых ни одной минуты, — проговорила она мстительно.

— Я бы хотела увидеть его прямо сейчас наедине, чтобы в глаза сказать, как же сильно я его ненавижу!

Анжелика напряженно смотрела на тетушку: разрешит ли та им встретиться. Дождаться утра казалось ей неисполнимой задачей. Обнять его. Прижаться к широкой груди. Почувствовать себя маленькой и слабой. И защищенной…

— Боюсь, что это невозможно, — поджала губы графиня, — в моем доме… — Анжелика бросила на нее недовольный взгляд. — В нашем доме, — поправилась та, — заботятся о приличиях. Наедине вы останетесь, когда станете мужем и женой.

«Чертова грымза!» — выругалась про себя Анжелика, а вслух сказала:

— Если бы мои родители были живы, они бы не простили вам этого позора.

Графиня в несколько шагов подскочила к ней и зашипела на ухо так, чтобы не слышали врачи:

— Если бы твои родители, мерзавка, были живы, ты бы не смела даже раскрыть свой рот.

А после сделала шаг назад и с учтивой улыбкой начала совершать этот жуткий рукомахательный реверанс.

Закончив с проявлениями любезностей, она вышла из комнаты. Врачи последовали за ней.

Анжелика так и осталась стоять, словно каменное изваяние. Не то чтобы она ожидала от старой графини чего-то похожего, но этот выпад был как минимум неожиданным.

Ладно, какой смысл о ней думать. Анжелике осталось переночевать здесь всего одну ночь, а утром она будет с Артиусом, который никому не даст ее в обиду: ни злобным графиням, ни чересчур умным целителям, ни розовым инопланетянам. Почему-то именно сейчас в это очень хотелось верить.

* * *

Анжелика проснулась среди ночи от того, что ее довольно бесцеремонно тормошили. Не без труда разлепив глаза, она увидела негодяя, который посмел нарушить сон королевской невесты. Вернее, не негодяя, а негодяйку.